Falcrum (falcrum) wrote,
Falcrum
falcrum

«И снова дядя Жора», Андрей Величко

И вот вроде писатель обещал завершить проект на пятой части - ан нет, извольте кушать шестую, да с многообещающим «Конец первой книги» в финале. Что ж - будем...

Как всегда, в избытке точных зарисовок:

«Александр подошел ко входу в институт без пяти девять. По привычке глянул направо, где под приветом с застойных времен в виде плаката "Народ и партия едины" уже вторую неделю красовалась примета не то перестройки, не то плюрализма. А именно - крупно и красиво написанное дополнение к основному тексту "Раздельны только магазины". До сих пор не наблюдалось попыток убрать плакат или хотя бы замазать дополнение, что могло говорить о двух вещах. Или партия действительно вступила на путь демократизации общественной жизни страны, или она занята чем-то важным и ей не до каких-то там идиотских плакатов. Александр был уверен, что второе предположение гораздо ближе к истине. Судя по поведению знакомых ему коммунистов, добившиеся определенного положения члены партии ныне увлеченно делали деньги, а остальные судорожно искали пути в те сияющие высоты внутрипартийной иерархии, где это станет возможным. Правда, имелась и немалая прослойка коммунистов только по названию, которые и раньше ограничивали свою активность уплатой взносов, а теперь потихоньку забивали болт даже на это.»

"Физик" не забывает "отбомбиться" по "лирикам":

«Например, что такое много? Филологи, вот ей-ей, на полном серьезе считают - это все, что больше двух. Не верите? Ну так смотрите сами. Точка у них так и называется точкой, она одна. Две точки - это двоеточие. А вот когда я как-то раз употребил в одной статье слово "троеточие", меня поправили. Мол, по правилам русского языка это называется многоточием. Охренеть, да что же это, у наших гуманитариев сразу после двух начинаются трудности с устным счетом, и они во избежание путаницы непринужденно переходят на "много"? Я, конечно, тут же приказал создать комиссию для проверки уровня преподавания математики на филологических факультетах, но саму проблему запомнил. Она заключалась в том, что всякие неопределенные понятия надо было постулировать. Причем некоторые - административно.»

Не забыты и "либерасты" в понимании автора:

«Если кто помнит, в первой половине девятнадцатого века декабристы разбудили Герцена. Едва продрав глаза, разбуженный ринулся на Запад за деньгами. Обретя искомое, причем в очень немалых количествах, он наконец успокоился, осел в Ницце и занялся тем, за что, собственно, ему и заплатили, то есть принялся поливать грязью свою бывшую родину. Это была простая, хоть и высокооплачиваемая работа. Во-первых, неискушенное в демагогии общество с восторгом принимало его не очень талантливо, а временами просто халтурно сочиненные агитки, так что, никуда не денешься, имелся определенный результат от его трудов. А вот особой опасности лично для него они не представляли. Ну не было тогда ни Меркадеров с ледорубами, ни Таниных девочек с очень специфическими навыками, ни собачек по кличке Черныш. Правда, англичане и задолго до того вовсю практиковали схожие методы, но ведь Александр Иванович работал на них, а не против. А Россия подобные способы увещевания начала применять только при его величестве Георгии Первом.
То есть, еще раз повторяю, деятельность Герцена была просто работой. Но вот то, что творили его современные духовные наследники, меня иногда так и тянуло обозвать подвигом.
Начнем с того, что те объемы финансирования, которые были у Александра Ивановича или позднее у большевиков примерно до восьмого года, сейчас вспоминались как волшебная сказка. То есть Запад разуверился в возможностях сбежавших из России диссидентов, и им теперь перепадали какие-то крохи. Более того, и подпитка внутренних партий резко сократилась, потому как благотворители уже начали помаленьку понимать, что большая часть этих средств очень быстро оказывается в бюджете государственного канцлера. То есть сейчас борцы-эмигранты жили, мягко говоря, ну очень скромно. Да и с результативностью их труда тоже имелись серьезные проблемы, так что их поведение вполне можно было определить словом "самоотверженность". Например, вы могли бы за сущие копейки набрать полный рот дерьма, тщательно пережевать его и плюнуть в сторону России, прекрасно зная, что все равно не долетит? Вот-вот, для такого нужен совершенно определенный склад характера, которым обладает далеко не каждый.»


А главный герой всё больше косит под Гения всех времён и народов (это притом, что непосредственно Сталин у него в подчинении):

«Ну вот, подумал Саша, подтверждается еще один слух про канцлера. Типа беседуешь с ним, беседуешь, а он вдруг заявляет - вы абсолютно правы, и как это я сам до такой простой вещи не додумался? Значит, вам ее и претворять в жизнь. После чего достает из сейфа полный пакет документов по данной проблеме, куда уже вписаны имя, обязанности и полномочия проявившего инициативу, и вручает их малость обалдевшему собеседнику.»

Ну, и злободневные проблемы упомянуты:

«Результатом явилось очередное подтверждение закона сохранения. Обычно человек вспоминает о нем, когда вдруг почему-то начинает ощущаться нехватка денег. Ведь совсем недавно было достаточно, а теперь - на тебе. Кризис, говорят человеку из телевизора. Ага, это так называется ситуация, когда кто-то решил, что ваши деньги заслуживают его внимания.
То есть если в вашем кармане убавилось - это означает, что прибавилось в другом. Как и было задумано.»


Буду читать и дальше.
Tags: Апдейты, Книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment