Falcrum (falcrum) wrote,
Falcrum
falcrum

Categories:

Дилогия «Корм», Артём Каменистый

Автор запустил новую РеалРПГ с забросом людей в сконструированный неведомо кем мир:



«Выбор касты: вам не назначается каста, вам назначается особый внекастовый статус – корм (мясо). Ваше основное предназначение – поспособствовать ускоренному усилению привилегированных каст на начальном этапе испытания (изменения условия не предусмотрены, но статус не закреплён, существует возможность его изменить).»

И, да - есть близкие к смертельным нюансы:

«Повезло, погоня удачно разделилась. За спиной обнаружилась лишь одна тварь, вторую не видать, чуток отстала. А эта уже летит, тянется кошмарными лапами и разевает пасть так, что голова становится похожей на разрезанный пополам арбуз.
Удар обещает выдаться знатным. Уродливое создание невысокое и худое, а деревяшка увесистая. Врежет в середину морды, собьёт с ног, отбросит в сторону, знатно ошеломит. Подарит ту самую лишнюю секунду, что позволит добраться до воды.
И тут правая рука пропала, будто отрезали в один миг. Нет, физически она никуда не делась, Грешник прекрасно её видел. Но не ощущал. Совершенно не ощущал.
А ещё он разглядел, как скрюченные пальцы как-то ненормально, будто принуждаемые внешней силой, выпрямились и разошлись в стороны, выпуская палку из ладони.
Что за?..
Несмотря на дикость происходящего, каким-то чудом успел сделать последнее, что оставалось. В последний миг поднырнул под тварь, которой так и не прилетело по башке дубиной, избежал захвата.
Но это только если говорить о захвате руками. Голова уткнулась в грудь уродца, а тот не растерялся. Перекрученные ноги извернулись в нескольких суставах, ловко оплетая Грешника за бедро и бок.
И к воде покатился сцепившийся клубок из двух тел: человеческого и...
Неизвестно, как это можно назвать. В школе такое не изучали.»


Вот это цирк!

«Собака прыгнула. И в этот момент подставилась, потому что это животное к летающим созданиям не относится и, следовательно, своим полётом управлять не может.
Резко скользнул в сторону, одновременно разворачиваясь. Перехватил пса за лапу и потянул, сначала подкорректировав его курс, а затем начиная раскручивать вокруг себя. Один оборот, второй, всё быстрее и быстрее. Собака рычит и скулит одновременно, дёргается неистово, но не в том она положении, чтобы помешать. Пока Грешник не остановится, ускорение не позволит дотянуться до него челюстями, а всё остальное не напрягает.
Чуть сместившись, на очередном обороте со всей дури приложил пса об угол металлического стенда, обклеенного всевозможной рекламой.
Инерция – великая вещь. Собака издала дивный звук, когда из её лёгких, перемешивающихся с хрустящими рёбрами, выбило весь воздух. А Грешник, навалившись на покалеченное животное, вдавил морду в песок, завёл под шею руку, перехватил под нижнюю челюсть, потянул с силой, и резко крутанул до омерзительного звука.
Пёс забился в агонии, захрипел, затихая. Грешник чуть выждал, затем поднялся и начал оглядываться, высматривая новые неприятности.»


Так-то от столбняка прививают нынче всех, особо не спрашивая, но, ладно, жругая реальность:

«Еще раз осмотрев раны, убедился, что лучше они выглядеть не стали. Сегодня, пока свежие и нет воспаления, можно скакать относительно бодро. А завтра всё станет болеть так, что хоть вой, и любое движение станет той ещё пыткой. Особенно всё плохо с руками и ногами, во время короткой схватки им досталось больше всего, ободрал капитально.
Что-то с этим надо делать. Без полноценно работающих конечностей ему не выжить.
Плюс не надо забывать, что это жаркие и влажные тропики, где столбняк заработать не сложнее, чем насморк, а дезинфицирующие свойства морской воды не такие уж всемогущие, как некоторые полагают.»


Самурай без меча - это самурай с мечом, но только без меча:

«– Зачем такие, как ты, делаете зарубки на винтовках?
– Каждая зарубка, это один труп, – так же без эмоций ответил стрелок.
– Да, я знаю эту математику. Я спрашиваю, зачем?
Бэргэн помедлил:
– Я слышал разное. На войне так делают не только снайперы. Победы рисуют лётчики, рисуют танкисты. Но снайпер, это другое, это особое. Люди не любят снайперов. Им не нравится думать о том, что для кого-то они дичь. Что кто-то охотится на них точно так же, как на уток и оленей. Поэтому снайперу нельзя попадать в плен. Если он попал с оружием, на котором есть зарубки, это хуже всего. Ему придётся умирать страшно. Каждый снайпер это знает. И если он всё равно делает зарубки, это показывает, что снайпер презирает смерть. Я Бэргэн, и я делаю зарубки на своей винтовке.»


Относительно непривычно повествование в третьем лице - жду продолжение.
Tags: Книги
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments