Falcrum (falcrum) wrote,
Falcrum
falcrum

Categories:

«Голод богов», Александр Розов

Неожиданно наткнулся на вещь аж две тысячи четвёртого го́да этого автора - эдакое вольное объяснение, как оно в Мире Полдня Стругацких было на са́мом деле...

Начинается всё с фантастического заявления:

«— Меня зовут Бромберг. Доктор Айзек Бромберг, — тихим голосом сообщил худощавый пожилой человек, усаживаясь за столик рядом с ним. — Это я пригласил вас сюда.
— Очень приятно, — сказал Антон. — Надеюсь, мы сразу перейдем к делу?
— Правильный подход, — одобрил Бромберг. — Я могу переправить вас на Эвриту в обход действующих правил и высадить, скажем, в Икающем лесу неподалеку от ируканского тракта.
— Это еще зачем?
— Ну, вы же хотели сразу к делу.
— Но это не значит, — заметил Антон, — что надо начинать деловое предложение не с начала, а с конца или с середины.
— Что вы называете началом? — осведомился Бромберг.
— Началом я называю ваше приглашение сюда. Напомню, что оно состояло из двух частей. Во второй вы назвали место и время. А первая представляла собой одну фразу, которую я могу воспроизвести по памяти: "если хотите узнать, где находится Кира, то встретимся...". Так вот, я и хочу это узнать.
— Она на Эврите. Не очень далеко от того места, которое я вам предложил для высадки.
— Вы полагаете, Айзек, этой информации достаточно, чтобы найти могилу?
— А разве я говорил вам что-то про могилу? — спросил Бромберг. — Я говорил о живом человеке, а живые люди обычно не селятся в могилах.
— Так, — холодно сказал Антон. — Или вы ненормальный, или...
— Или что?
— Айзек, я не страдаю выпадением памяти. Девушка, о которой вы говорите, умерла. Ее застрелили из арбалетов в пяти шагах от меня. Я держал ее на руках, слышал, как прервалось ее дыхание, как остановилось сердце, чувствовал, как ее тело начинает остывать. Это было два года назад. В Арканаре. В моем доме... или, если точнее, в доме дона Руматы, которым я был согласно легенде.
— Молодой человек, я все понимаю и сочувствую.
— Мне кажется, вы не очень понимаете. У каждого из нас есть в жизни моменты, вокруг которых шутки неуместны. Если это — дурацкий розыгрыш или какой-нибудь психологический тест, что в данном случае одно и тоже... Я, в общем-то, не злой человек, но... я хочу побыть один, а вам лучше уйти, иначе отсюда могут вынести ваши кости.
Некоторое время Бромберг задумчиво крутил в пальцах кофейную чашечку. Потом, как бы невзначай, спросил:
— А что убедило бы вас в том, что это не розыгрыш? Снимки? Видеозапись? Последние отчеты Института экспериментальной истории?
Антон медленно, стараясь тщательно выговаривать каждое слово, произнес:
— Снимки и видеозаписи двухлетней давности есть в архиве института. Достать их — не велика сложность, перебить даты — еще проще. А что касается последних отчетов — то у меня в институте остались личные друзья, которые уж точно сообщили бы мне, если... В общем, если вы состряпали для своего розыгрыша фальсификат такого отчета, то вы — псих. Прошу вас, оставьте меня в покое.
— У меня есть копии настоящих отчетов, — спокойно сказал Бромберг. — А по поводу ваших друзей, которые не поставили вас в известность... Знаете, иногда бывает, что дружба — дружбой, а служба — службой. Так или иначе, вы никогда себе не простите, если не проверите эту информацию...»


Хороший пинок по догматам:

«— Мертвые же не могут оживать? Я имею в виду не какую-то кому, а хрестоматийную биологическую смерть организма.
— В том-то и дело, — ответил Бромберг.
— В том-то и дело, что не могут, или в том-то и дело, что могут? — переспросил Антон.
— С общепринятой научной точки зрения — не могут, — уточнил Бромберг, — это следует из целого ряда биохимических, биофизических и термодинамических причин.
— Тогда что значат все эти отчеты? Все эти идиотские оговорки вроде "следует отметить явное визуальное сходство" или "нельзя не признать значительного количества совпадений"?
Бромберг сделал еще глоток кофе, снова поморщился и спросил:
— Как вы думаете, Антон, почему я так настойчиво пытаюсь запихнуть вас на Эвриту?
— А действительно, почему? Вам-то какое до этого дело?
— Сейчас объясню. Я занимаюсь так называемой альтернативной наукой. Или, А-наукой. Это интересное дело, хотя и неодобряемое большинством. Настолько неодобряемое, что на нас при любой возможности вешают всех собак. Так, например, последние полтора года я вынужден был провести на Тагоре, в ссылке. За что — можете потом посмотреть в БВИ. Суть нашей принципиальной позиции: мы практикуем то, что в общепринятой науке, или Б-науке, либо запрещено, либо игнорируется, либо и так и так сразу.
— Как можно что-то одновременно и запретить, и игнорировать? — спросил Антон. — Уж или одно, или другое.
— Вы ищете логику там, где ее никогда не было. Б-наука полна предрассудков, совершенно несовместимых с логикой. Приведу пример, имеющий прямое отношение к нашему случаю. Некромантию. Есть некромантия двух видов: оживление умершего и вызывание его духа. Нас будет интересовать только первый из них. Нетрудно заметить, что такая практика, с одной стороны, игнорируется наукой, а с другой стороны — является запрещенной.
— Почему игнорируется — мне понятно, — сказал Антон. — А запрещены, по-моему, любые манипуляции с покойниками, за исключением непосредственно связанных с похоронами.
— Ну, что вы, молодой человек. С человеческими трупами проводится множество научных экспериментов. Иначе мы не узнали бы ни анатомии, ни физиологии, ни биофизики человека.
— Так то научных экспериментов, — сказал Антон, — а некромантия к науке отношения не имеет.
— Почему не имеет?
— Но вы же сами сказали, что оживление умерших противоречит химии, физике и так далее.
— Ну и что? Принципы работы наших энергетических установок противоречат тем законам физики, которые 150 лет назад считались незыблемыми. Практика, как видите, эти законы опровергла. А в отношении некромантии этот путь закрыт — поскольку соответствующая практика запрещена. Б-наука говорит: некромантия невозможна, но проверять это нельзя.
— А почему, кстати, нельзя? — спросил Антон.
Бромберг от души рассмеялся.
— Так ведь вы сами сказали: с трупами можно проводить только научные эксперименты, а некромантия не является наукой.»


Секс-детектор:

«— Сам-то я верю только в практику, — сказал Бромберг, — а практика такова: за последние 20 лет мы имеем 8 не опровергнутых сообщений об оживлении конкретных мертвецов, включая и ваш случай. В смысле не ваш, а...
— Я понял, — перебил Антон. — Вы сказали "не опровергнутых сообщений". Это значит: "но и не подтвержденных", так?
— Вы верно уловили суть, молодой человек. Мы не имеем ни одного случая, когда оживший мертвец был бы достаточно надежно идентифицирован. Проблема очень сложна. Дело в том, что существует всего порядка 10000 типов внешности, около 2000 психотипов и примерно 10 разновидностей голоса. Таким образом, в среднем мы имеем разнообразие в пределах двух миллионов вариантов. В то время, как даже на старушке-Земле обитает около семи миллиардов. Понимаете, что это значит?
— Наверное, это значит, что у любого жителя Земли есть в среднем 3500 почти идеальных двойников, — сказал Антон. — Но это не значит, что стоит одному из них умереть, как кто-то из этих 3500 начнет радостно впихиваться на его место, заявляя, будто он "ожил". Даже если бы он захотел это сделать — есть масса способов проверить. Пара-тройка толковых вопросов по биографии покойного — и можно бить самозванца канделябром.
— А если он изучил эту биографию? Вы же сами были на Эврите доном Руматой Эсторским XIV, в то время, как настоящий носитель этого имени давно лежал в фамильном склепе. При этом, полагаю, вы знали биографию покойного так, что проще было бы его уличить в самозванстве, чем вас.
— Ну ладно, а ДНК-тест, карта крови, ментограмма наконец...
— Где? На Эврите? — ехидно спросил Бромберг. — Там, если вы помните, даже до дактилоскопии еще не додумались. Может, через тысячу лет додумаются.
— А все остальные 7 случаев тоже там, где не додумались? — спросил Антон.
— Не все. Например, четыре случая выявлено на периферийных колониях. Как вы знаете, колонисты и живут там, чтобы быть подальше от цивилизации. И, зачастую, всю жизнь игнорируют обычные профилактические медицинские процедуры. У ожившего-то все тесты сделать можно, но сравнивать не с чем, поскольку от оригинала ничего не осталось.
— А ментограмма?
— Ментограмма дает размытые результаты. Например, 30 на 70 процентов.
— В смысле, 30, что да, или 30, что нет?
— А какая разница? — спросил Бромберг. — Ну, допустим, 30, что да, а 70, что нет. Вы рискнете объявить такого человека самозванцем?
— Нет, конечно.
— А признать, что он — оживший покойник?
— Тем более, нет... Так... Кажется, я начинаю понимать. Вы намерены использовать меня в качестве индикатора?
Вместо ответа Бромберг выразительно пожал плечами.
— Вот все и встало на свои места, — тихо сказал Антон. — Сколько признаков фиксирует человек у... своего полового партнера?
— Несколько тысяч, — сказал Бромберг. — Из них только около шестидесяти независимых, но и этого достаточно. Это несколько квинтильонов возможных сочетаний. Вероятность совпадения даже сотой доли признаков у двух разных людей практически равна нулю. Именно по этой причине самозванцы всех времен и народов старались избегать сексуальных контактов с партнерами оригинала.
— То есть, если это — не Кира, то она будет избегать...
— Совершенно верно.
— Вот так, однозначно и просто? — задумчиво произнес Антон. — А если все-таки не будет избегать, что тогда?
— Тогда это — оригинал. Как бы это ни было удивительно. Конечно, не исключен вариант, что двойник все-таки попытается как-то угадать поведение оригинала… Но разнообразие слишком велико, угадать невозможно. Будет, я полагаю, очень фальшиво и... неправильно. В общем, вы сразу все поймете.
— А может быть так, что не сразу? Или вообще не пойму?
— Не может, — отрезал Бромберг. — Всегда или четкое нет, или да.
— "Да" тоже четкое? — спросил Антон.
— "Да" четким не бывает. Потому, что человек меняется. Тем более — в подобном случае. Не настолько, чтобы утратить значительное число индивидуальных признаков, но все-таки. Если это она, то на нее не могла не повлиять… скажем так, длительная клиническая смерть, не говоря уже о том, что стала на два года старше. Ей, если не ошибаюсь, было меньше двадцати, когда... А в таком возрасте два года прожитых года много значат.
— То есть, я все равно не буду на сто процентов уверен?
— Не будете, — подтвердил Бромберг. — И вам от этого будет очень тяжело и плохо, я заранее предупреждаю. Но эта ваша неуверенность будет значить "да", потому что если "нет", то всегда уверенное. На сто процентов, как вы выразились.»


Но на каждую хитрую гайку...

«— Существует порядок действий девушки-двойника, который обеспечивает ей близкую к нулю вероятность идентификации, как контрафактного персонажа в случае сексуального контакта. Он состоит в избегании ситуаций, позволяющих половому партнеру провести сопоставительный анализ ситуаций. Если предшествующие сексуальные контакты происходили в спокойной и предсказуемой обстановке, необходимо создать обстановку неспокойную и непредсказуемую — и наоборот. Если они происходили в помещении определенного типа, следует перенести его в помещение качественно иного типа или на открытое пространство. Далее, имеет смысл придать новому половому контакту ритуальный характер для прикрытия несоответствия слов, движений и последовательности действий тем, которые хранятся в памяти партнера. Новый сексуальный контакт должен быть по возможности более ярким и продолжительным, что способствует замещению ранних воспоминаний. При этом двойник должна настаивать на проверке заранее подготовленных признаков своей идентичности оригиналу — что вызовет психологическое отторжение мотивов действительной проверки такой идентичности. После полового контакта может быть инициирована стрессовая ситуация, обеспечивающая фиксацию эффекта замещения. В этом случае партнер теряет способность к спонтанному припоминанию особенностей оригинала при последующих сексуальных контактах с двойником.
Сказав последнюю фразу Тойво замолчал. Мгновенно, без перехода, как будто у него выключилась речевая функция.
После некоторой паузы, Клавдий поинтересовался:
— Откуда вы все это выкопали?
— Из пособия по организации промышленного шпионажа середины XXI века.
— Гм... а вы не нашли там же каких-либо рекомендаций по выявлению таких двойников? Вы понимаете, о чем я?
— Да, — также равнодушно ответил Тойво, — там присутствовали рекомендации.
— Какого рода?
— В первую очередь они были ориентированы на особенности внешности двойника. Двойник должен в большей степени соответствовать образу оригинала, чем собственно оригинал.
— Простите, не понял, — подал голос Слон. — Оригинал на то и оригинал, чтобы... Вы, часом, не оговорились, юноша?
— Нет. Я воспроизвожу то, что было изложено в руководстве. Там сказано, что при запоминании образ оригинала преобразуется во вполне определенном направлении. На него накладывается определенное количество черт предшествующих персонажей, к которым объект испытывал сильное сексуальное или квазисексуальное влечение.»


Только один персонаж остался неизменно прекрасен:

«Румата сделал еще глоток из своей чаши и обратился к барону:
— Ваш сын вырос добрым воином, друг мой.
— Ха! — рявкнул довольный Пампа. — Моя кровь!
— Супруг мой, — с улыбкой заметила баронесса, — не вы ли еще год назад называли дона Тагу никчемным шалопаем?
— Любовь моя, но как же иначе? — недоуменно спросил барон. — Мой отец называл меня так же до моей первой битвы, а его называл так же мой дед. Если мы не будем блюсти обычаи, мы перестанем быть Пампа, раздери меня черти!»


Совсем недурно, кстати. Изучать можно смело.
Tags: Книги, Ностальгия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments