Falcrum (falcrum) wrote,
Falcrum
falcrum

Category:

«Эффект бабочки», Василий Панфилов

Автор на́чал новый цикл «Великая Депрессия» - три наших попаданца (чиновник, экс-бандит и, собственно, главный герой, которого кратко-то и не охарактеризуешь) в Веймарскую Германию пытаются вжиться, заработать себе на жизнь и...



«Провал в прошлое... или параллельный мир, очень похожий на наше прошлое, не суть. Так вот, попаданство это только часть проблем. Главная беда в том, что попал со случайными людьми и не вижу их своими товарищами. Они мне не нужны. Балласт.
Мог бы вытянуть и балласт... мог бы, но не очень-то хочу.
Бандит... сталкивался с такими — до какого-то предела он может соблюдать своеобразные правила чести — пока это будет выгодно. А когда перестанет, быстро найдёт правильные оправдания себе любимому. Тем более, что я ему не сват, не брат, не привычный с отрочества дружок-подельник. Так...
Чиновник, ставший бизнесменом… особая каста, даже уточнять не собираюсь, чем именно занимался. И так ясно, что эксплуатировал былые связи и работал благодаря коррупции и откатам. Сталкивался много раз и исключений не встречал.
Я им не верю — настолько, что назвался именем троюродного брата и выдал его же биографию. Никакой я не Сашка и даже не русский... Антон Иоанн Браун или Антон Иванович Браун — не прошу любить и жаловать.
Русский немец по отцу с сильной примесью датской и прочих европейских кровей по матери. Крови собственно славянской немного, да и та — славян западных — лужичане, чехи.
Почему назвался именем кузена? Инстинкт, наверное. Приходилось уже сталкиваться с не вполне здоровой реакцией былых соотечественников.
Для одних — предатель... хотя по факту наша семья переезжала в Германию не из России, а из Казахстана. Пожили в Москве чуть больше годы, но так не добились гражданства. Так... проездом.
Для других — просвещённый европеец. Тоже противно, только иначе.
Понятно, что большая часть россиян люди вполне адекватные... до первых проблем. Представить, как мои компаньоны мучаются подозрениями, потому что я немчура, легко. Вдруг к Гитлеру побегу, не к ночи будь помянут!? Или кину их, я же европеец и существо по определению подлое.
Так что... помогу на первых порах, а дальше сами. Личина же русского парня Александра Викторовича Сушкова... пусть будет. С моим образом жизни таких личин должно быть много.»


Первоначальная оценка была верна - каминг-аут по пьяни тут же подтвердил:

«— А эти? — Валерьевич явно озвучил только конец фразы, — эти-то чем лучше? Быдло как есть! Уголовник да молокосос-студентик! Бля... с кем работать приходится? На равных общаться приходится, будто всерьёз... ха! Ничего, Постников ещё вынырнет из этой клоаки с кошельком зубах. Мне б только начальный капиталец, а уж там раскручусь. Даром, что ли, учебники по истории да экономике читал?
Ненадолго прервавшись, мужчина снял носки и трусы, зачем-то понюхав их перед тем, как положить на стул поверх брюк.
— ... пару лет, а там и Великая Депрессия. Вот где можно деньги зарабатывать — многое ведь помню, ох и многое! К средине тридцатых у меня не один миллион будет и даже не десять, лишь бы сейчас... Княжну в жёны возьму, горничными дворянок этих грёбаных... Чистенькие они, бля! С хуя ли выёбываются, если в Париже русские проститутки из бывших демпингуют?!
Устроившись под одеялом, Аркадий Валерьевич некоторое время возился, невнятно бурча. Через пару минут стал говорить чуть громче.
— ... горничными... и нагибать буду в любое время... княгинь, графинь... Не захотят они, хе! Расписки долговые у родных, шантаж… я не брезгливый, на всё пойду! По щелчку будут подолы задирать! А дети мои... ну пусть внуки, миллиардерами станут. Мульти!
Дальнейшие его обрывочные фразы мало чем отличились от уже услышанного, но слушал старательно и пару интересных моментов уловить удалось. Оказывается, наш интеллигент, старательно Выкающий всем и каждому, в девяностые неплохо так отметился. Не просто в банде состоял, а один из организаторов, шутка ли! Это позже отошёл от дел, поумнев. И к другой банде прибился — к чиновничеству...
— Крепко спал? — Нейтральным тоном поинтересовался с утра Максим, — Аркадий Валерьевич встал с утра пораньше похмеляться, так что в комнате мы оставались одни.
— Так себе.
— Слышал, значит, — констатировал бандит, — ну и что ты о этом думаешь?
— А что-то изменилось? Макс, он чиновник! Ты порядочного чиновника, причём немалого ранга, вживую хоть раз видел!? Да чтоб не один-два года проработал, а пятнадцать лет! Да ещё о Грачёве с каким пиететом говорил, помнишь?
Максим усмехнулся криво и хлопнул меня по плечу.
— Соображаешь.»


Что характерно, гражданин воплотил планы в жизнь:

«Выдохнув, Аркадий Валерьевич потрепал по голове стоящую на коленях проститутку.
— Ступай, милая, — небрежно бросил мужчина, застёгивая штаны. Милая хихикнула и кошачьим движением взяла протянутую банкноту. Проводив девицу взглядом сытого хищника, попаданец ухмыльнулся.
Графиня... нет, ну а что? Есть у него такая слабость с недавних пор, драть исключительно титулованных дворянок. В крайнем случае нетитульных, но чтоб род с историей — папенька в Думе или губернатор какой.
Не прошло и года с момента переноса, а он уже не бесправный мигрант, а полноценный гражданин Веймарской Германии. Собственная квартира в четыре комнаты, Мерседес одной из последних моделей и кругленький счёт в банке.»


У бывшего уголовника заладилось похуже:

«Официанты сменялись здесь быстро и поговаривали, что далеко не все увольнялись, найдя лучшую работу. Кое-то уходил на содержание, обычно к женщинами бальзаковского и постбальзаковского возраста.
Через несколько месяцев рослые красавцы, как правило, возвращались в ресторан, обременённые подарками и модной одеждой, подыскивая себе новых хозяек. Поговаривали, что некоторые уходили не только на содержание, но и оформляли отношения официально. Таким завидовали...
Предложи Максиму подобную работу дома, шутник долго бы собирал зубы с пола. Здесь же деваться особо некуда, с работой плохо вообще и особенно плохо для сомнительного иностранца, неважно говорящего на немецком.»


Ну, а центральный персонаж да-алеко пошёл:

«Человек серьёзный и жёсткий, внешне президент Гувер до странности напоминал знаменитого в будущем комика Бенни Хилла. Знакомство с ним прошло буднично, на одном из приёмов меня подвели к группе немолодых людей и сказали:
— Мистер Гувер, позвольте представить вам Эрика Ларсена, гражданина Дании и Уругвая, а ныне студента университета Нью-Йорка и члена братства Фи Бета Каппа.»


Мне понравилось: особенно, масса исторических деталей доставляет - так что продолжение с удовольствием изучу.
Tags: Книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments