?

Log in

No account? Create an account
Red with green eyes

falcrum


Falcrum - изба-читальня

Отзывы о прочтённых мной книгах, дневники личных путешествий и размышлизмы


Previous Entry Share Next Entry
«Красные камни», Влад Савин
Violet smoker
falcrum
Семнадцатая часть цикла «Морской волк» рассказывает про тех, кто захотел стать «святее Папы Римского»...

«Отчего этот райский остров еще не штат США?
Этот вопрос был поставлен шестьдесят лет назад — когда Куба, последняя из колоний Испании в Новом свете, встала на путь свободы и демократии. Носителями которой выступили вовсе не забитые крестьяне с сахарных плантаций и заводов, а гринго с севера — владельцы этих плантаций и заводов. Испанские власти посмели задать этим достойным джентльменам постыдный вопрос, отчего они, ведя свой бизнес на территории под испанской юрисдикцией, не желают платить налоги в испанскую казну, как это делают законопослушные испанские плантаторы? Причем гринго обнаглели настолько, что содержат вооруженные наемные банды из всякого сброда, именуемые "охраной" — которая не только бьет лентяев, не желающих работать, и убивает смутьянов, призывающих к неповиновению, но и встречает пулями испанских полицейских и сборщиков налогов. Имейте совесть, джентльмены — Куба пока еще не штат США!
— Не штат США? — ответили гринго — окей, сейчас мы это исправим.
И взорвался на рейде Гаваны американский броненосец "Мэн", как было тут же заявлено в Вашингтоне, от испанской торпеды. Правда, когда спустя много времени до корабля добрались водолазы, то оказалось, что листы обшивки у пробоины в корпусе загнуты наружу, из чего следует, что взрыв был внутренним — ну значит, подлые испанцы как-то сумели подложить бомбу в пороховой погреб, и вообще, это уже история, ведь Куба давно стала свободной? Но не штатом США — ведь тогда хозяевам плантаций пришлось бы платить налог уже в американскую казну, а правительству США нести какие-то обязательства перед населением. Бесспорно, Соединенные Штаты были тогда самой передовой страной — до европейцев лишь через полвека дойдет, что чем нести все издержки по содержанию колонии, лучше взвалить их на местную суверенную власть, оставив себе одну доходную часть бюджета, недаром же "Юнайдед Фрут" в разговоре зовут "министерством колоний США". И зачем нам выступать кровавыми палачами, отрубленные руки черных детей, как делали бельгийцы в Конго, это слишком дурно пахнет. США же всегда были оплотом свободы — для святого дела революции найдутся идеалисты вроде Хосе Марти (кому сейчас памятник в Гаване стоит, мертвый он уже не опасен), и пожалуйста не надо писать в анналы, что большую часть работы сделали уже упомянутые банды "охраны плантаций", вмиг перекрасившиеся в "кубинских повстанцев", пусть электорат верит в легенду о славной национальной революции (которую вполне назвали бы "оранжевой", случись она столетием позже). Ну а что при суверенитете творит с народом местная "горилла", за то мы не отвечаем. "Сукин сын — зато наш сукин сын, благодаря которому у каждой американской семьи на столе дешевые бананы (или иной фрукт). И господь затем и сотворил границы, чтобы мы не страдали от бедствий по ту сторону". Ну а что горилла, как бы ее ни звали, твердо знает, кто ее хозяин, и чью руку дозволено лишь лизать, но не кусать — это навсегда останется между нами.»


Масштабом, вероятно?

«— ... Мне вот интересно, по каким учебникам наши дети учиться будут. По классике, как мы — Египет, Греция, Рим, и прочая варварская периферия, или "Россия родина слонов", тьфу, цивилизации? Ну чем аркаимцы от каких-нибудь древневавилонцев отличались, что тем повезло быть откопанными раньше?»

Об очередном «хрусте французской булки» хорошо:

«Память тут же подсказывает, что нам в Академии читали. Студенческие беспорядки 1899 года — эталонный пример как не надо подавлять инакомыслие и обеспечивать порядок. Вышел пожар на всю Российскую Империю, бунтовали университеты Санкт-Петербурга, Москвы, Киева, Казани, Томска, Харькова, Варшавы и Одессы (размах оцените — где Варшава и где Томск), а в Питере к ним присоединились и прочие учебные заведения, включая Военно-медицинскую Академию, Высшие женские курсы, и даже Духовную Академию. В спокойное время, когда никакой революции, большевиков и прочих эсэров и близко нет — с пустяка началось, усугубленного бездарностью царских властей.
Санкт-Петербургский университет отмечал свое 80-летие. И накануне там вывесили обращение ректора, предписывавшее учащимся "исполнять законы, охраняя тем честь и достоинство университета", и предупреждавшее — "Виновные могут подвергнуться: аресту, лишению льгот, увольнению и исключению из университета и высылке из столицы". Студенты же сочли этот тон надменным и высокомерным, за два дня до юбилея объявление было сорвано и уничтожено, а на самом торжестве — аудитория освистала ректора, заставив его прервать свою речь и покинуть трибуну. После чего студенты стали расходиться, чтобы весело отметить праздник в городе и по домам.
И обнаружили, что Дворцовый мост, а также пешие переходы через лед Невы, заблокированы полицией. Кто отдал такой приказ, доподлинно неизвестно — скорее всего, кто-то из полицейских чинов решил, а вдруг толпа "нигилистов" и под окнами Государя, в Зимнем Дворце, как бы не вышло чего? И никто не озаботился разъяснить студентам смысл происходящего, поговорить, успокоить — а лишь пришибеевское, "не толпись, расходись по домам!".
Кто по эту сторону Невы жил, на Васильевском и Петроградке, те разошлись. Но большая группа студентов двинулась по набережной в сторону Николаевского моста. В сопровождении конных полицейских — "как бы чего не вышло". Это возмутило студентов, "нас конвоируют, словно арестантов", а кроме того, кто-то решил, что полиция хочет перекрыть еще и Николаевский мост. И в полицейских полетели, даже не камни, а снежки — один из которых очень удачно расквасил нос командиру эскадрона. Который, обозлившись, крикнул — бей, нам из-за этой сволочи студентов ничего не будет! (эти слова для потомков в бумагах сохранились). И конные жандармы врезались в толпу, топча конями, хлеща нагайками, рубя шашками плашмя (хорошо хоть, стрелять не начали). Причем досталось не только студентам, но и случайным прохожим, из "приличной публики".
Назавтра возмущенные студенты объявляют забастовку, бойкотируя занятия. Ректор не придумал ничего лучше, как вызвать в университет полицию, обозлив и "демократически настроенных" преподавателей. Несколько десятков студентов арестовали, еще больше отчислили с "волчьим билетом" — опять же, не особенно разбираясь конкретной виной во вчерашнем, а кто был неугоден, и просто под руку подвернулся. Скандал однако распространялся, студенты в Российской Империи были в большинстве вовсе не из рабоче-крестьян, у многих были влиятельные родственники, друзья, просто знакомые. И тогда Николай Второй распорядился о расследовании — поставив главой комиссии военного министра Ванновского. "Виновен — в солдаты. Хотя бы они имели льготу по семейному положению, по образованию, или не достигли призывного возраста. Армия и не таких исправляет". Так распорядился царь — по собственной дури, или с подачи генерала, история умалчивает. Кстати, служили тогда (в сухопутной армии, по закону от 1888 года) пять лет, а не три, как у нас сейчас.
И полыхнуло уже по всей России. Забастовали уже и студенты Московского университета — ответ властей был такой же как в Питере: аресты, отчисления, высылка. Студент Ливен облил себя керосином и сжег в одиночке Бутырской тюрьмы — родственники утверждали, из-за издевательств стражи, власти — что он был псих. Его похороны в Нижнем Новгороде (откуда он был родом) вылились в антиправительственную манифестацию. И прокатилось по всей Российской Империи, от Петербурга до Одессы, от Варшавы до Томска (дошло бы до Владивостока, если б там университет был). В итоге все ж стихло, подавили, успокоили. Вот только ущерб авторитету царской власти был огромный — как внутри страны, так и за границей (уж как изощрялись европейские газеты, в особенности английские). А среди студентов, кому тогда искалечили жизнь, были например, Каляев, в 1905 году убивший Великого Князя Сергея Александровича, и Борис Савинков (эта персона в комментариях не нуждается), и еще немало ушедших в революцию, кому не повезло достичь такой известности. Наверное, эти двое все равно бы сорвались, бунтарь-террорист, это уже характер такой — но наверняка были многие, кто прежде о пути революционера и не помышлял, ведь личная обида, это такой стимул.»


К вопросу о «цивилизованных европейцах» - напомню, речь про вторую половину прошлого ве́ка всего-то:

«— Месье, откуда я могу знать, чем живет и что думает прислуга? У него было какое-то туземное имя, я дала ему французское, так было удобно мне и мужу. И у нас в Сайгоне совершенно не было принято, чтобы слуги жили с семьями — если только их вторая половина также не служит у того же хозяина. Возможно, у него был кто-то в его деревне. От нас же он видел лишь разумную строгость, в пределах допустимого. Даже за провинности мы ни разу не били его бамбуковой палкой, как иные из наших соседей своих слуг — а цивилизованно вычитали из жалования. Он получал от нас, помимо крыши, еще и обед, имел привилегию забирать остатки с нашего стола — ну и наверно, подворовывал по мелочи, как всякая туземная прислуга. Но в целом, у него не было причины ненавидеть нас, неблагодарная свинья!
...
— Месье, у нас туземная прислуга никогда не имела одежду с карманами! Чтобы меньше воровали.»


Таки да - ему понтифик титул такой выписал вполне официально, Rex Russiae:

«А Львов, оказывается ... основан был сыном первого (и единственного) русского короля Даниила Галицкого семь веков назад...»

Что-то накал спал, но продолжение всё одно изучу непременно...

  • 1
Здравствуйте! Ваша запись попала в топ-25 популярных записей LiveJournal Беларуси! Подробнее о рейтинге читайте в Справке.

  • 1